May 28th, 2006

Люди воздуха

Прочитал несколько дней назад на www.expert.ru статью «Воздушный лик земли» - интервью с заместителем генерального директора Института экономических стратегий Александром Неклессу (статью можно найти по адресу www.expert.ru/society/2006/05/interview_neklessu/print ). Очень забавное чтиво для тех, кого интересуют вопросы макроэкономики, прочтите. Если кратко, то «апрельскими тезисами» статьи являются:

1). В глобальной экономике на смену революции менеджеров 60-х – 70-х – грамотных управленцев крупных индустриальных предприятий - приходят люди некоего «четвертого сословия», о которых интервьюируемый говорит:
«Это новый господствующий класс, явивший себя миру где-то на пороге 70х годов прошлого века. Это держатель интеллектуальных и управленческих активов, оператор финансовых ресурсов, творец стратегий, проектировщик высоких геоэкономических и геополитических технологий. Новый класс — преемник деятелей знаменитой «революции менеджеров». Он торгует на мировом рынке призрачным товаром — символическими деньгами и многочисленными производными глобальной биржи, долгами и информационно-коммуникационными концептами, идеологией СМИ, знаниями, образованием и многими другими клонами социогуманитарных технологий, включая искусство современного управления и стратегирования»
Творцы денег из нематериальных активов (из «воздуха»!), создатели сложнейшей финансовой надстройки над реальным производством, обеспечивающие существование и интегративность современной глобальной экономики и получающие за это свою ренту. Это отнюдь не умаляет значимость реальной, в смысле «которую потрогать можно», продукции. Однако глобальная экономика организуется так, что львиную часть материальной продукции начинает делать «…Китай, вместе со всей совокупностью Восточной Азии... Делает Китай, а продает потребителю в той или иной форме — не всегда Китай. В США кукла Барби стоит 12 долларов, а в Киргизии — 1, хотя и та, и другая made in China, и упакованы они в одинаковые коробочки. Но современная экономика — конечно же, не игра в куклы, и вообще она все больше отходит от привычного образа промышленного производства. По-настоящему большие деньги сегодня не зарабатываются на рынке, они придумываются, организуются или крадутся. Это и есть специфический источник прибыли нового класса.» Производство денег как бы из «воздуха» обеспечивается за счет обслуживания потока денег, товаров, информационного обеспечения и управления рисками. Это продукция, качество которой и эффективность зачастую ценится дороже самой «материи»: «Весьма красноречиво об этом свидетельствует драматичный разрыв между долями физических и нематериальных активов в совокупной капитализации фирм. Уже на пороге нового миллениума их соотношение составляло примерно 80% к 20% в пользу нематериальных активов. То есть компании могут обладать схожей бухгалтерской стоимостью (основными фондами, физическими активами), но при этом их рыночная стоимость (капитализация) будет отличаться в разы. Причем подобный разрыв просчитывается по индексу капитализации не только объектов «новой экономики» (то есть преимущественно по NASDAQ), но и в среде достаточно традиционных корпораций (по индексу Dow Jones). Привычная экономическая пирамида переворачивается: индустриальное производство, промышленный «хард» (аппаратная часть, инженерные технологии) постепенно превращается в своего рода придаток современной экономики. А основная стоимость концентрируется в сфере нематериального производства. И люди, управляющие этим «софтом», в возрастающей степени определяют доходность, капитализацию, а главное — стратегическое будущее бизнеса.»


2). Россия, а точнее российские финансовые-экономические институты, по мнению автора, далеко отстоят от деятельности по настоящему больших «людей воздуха», при этом она (Россия) прочно заняла свою нишу добытчика и экспортера природных ресурсов:

«…сегодня в мире создается некая замкнутая глобальная конструкция, на нижнем этаже которой находится добыча природных ресурсов, над ней — промышленное освоение этих ресурсов, далее — производство интеллектуального сырья, еще выше — высокотехнологическое производство. Над этим производственным комплексом возводится финансовая надстройка, которая аккумулирует процентную дань. Наконец, на самом верху находится «штабная экономика», строящая глобальную эмиссионно-налоговую систему и осуществляющая масштабное управление рисками. Эмиссионную — в виде фактической мировой резервной валюты, а налоговую — в форме глобальной дани, которая определенным образом выплачивается значительной частью государств, к примеру, в рамках системы перманентного глобального долга.»